Российские разработчики ПО: вечный аутсорсинг или собственные продукты в мире?

Проблема качественного скачка в развитии российских софтверных компаний, постепенно переходящих от аутсорсинга к разработке и продвижению на мировой рынок собственных программных продуктов, является ключевой для развития ИТ-рынка. Но сегодня, несмотря на сохранившуюся систему фундаментального технического образования, хорошо развитую ИТ-экосистему и сформировавшийся рынок, на постсоветском пространстве доминируют аутсорсинговые модели бизнеса, в то время как примеры мировой известности отечественных разработчиков достаточно редки. Есть ли шансы изменить сложившееся положение вещей и в чем его причины, а также о необходимых условиях, которые надлежит предпринять для эволюционного скачка, особенно со стороны государства, – вот те вопросы, которые мы задали представителям ведущих игроков рынка.

Говоря об исторических причинах доминирования аутсорсинговой бизнес-модели в среде российских разработчиков, член Правления АП КИТ, президент НП «РУССОФТ» Валентин Макаров напоминает, что разработка и вывод на мировой рынок собственных программных продуктов требуют не только наличия квалифицированных программистов и научных заделов, но также знания рынка и умения на нем продавать и поддерживать свои продукты. А таких знаний у программистов первой волны из СССР и Восточной Европы в то время просто не было. Подобный опыт и знания можно было приобрести либо на своем рынке, либо уехать за границу и учиться этому опыту там. Поэтому огромная масса высоких профессионалов в разработке ПО покинула страну и сейчас стала элитой индустрии в зарубежных странах, в большой массе они не возвращаются. С другой стороны, неразвитый местный рынок Восточной Европы, Украины и Белоруссии с их незначительным объемом потребления ИТ не позволил развить продукты тем, кто все-таки решил остаться. И только в России размер местного рынка дал возможность нескольким компаниям развиться настолько, что они сумели использовать полученные на российском рынке средства и приобретенные навыки для того, чтобы выйти на зарубежные рынки.

«Их было не так много, объем экспорта ПО из России долгое время составлял менее 20 % от общего объема ИТ-экспорта. Но постепенно они выросли в мировых лидеров, а их доля в экспорте в 2012 году составляет уже 40 %. Сейчас ситуация изменилась. Помимо классической модели развития на местном рынке с последующим выходом на рынок глобальный, при помощи РВК и других инструментов развития реализуется и другая модель, когда стартапы изначально ориентируются на глобальный рынок и имеют необходимые знания и опыт для развития сразу на глобальном рынке. Что касается сервисной модели (аутсорсинг), то этот сегмент продолжает развиваться, и это вполне логично, ведь во всем мире сервисный бизнес растет быстрее, особенно за счет ухода в облака и перехода на продажи ПО как услуги (SaaS). Поэтому имеющееся в России сочетание сервиса и продукта 60:40 представляется вполне органичным», – рассказывает Валентин Макаров.


Президент НП «РУССОФТ» Валентин Макаров

 

«Наша экономика вернулась к рыночным отношениям только в начале 1990-х. Тогда мы плохо понимали такие понятия, как интеллектуальная собственность или ноу-хау. Для многих заработать на хлеб насущный было легче, оказывая ИТ-услуги Западу. Только с годами пришло понимание, что можно построить хороший бизнес и на разработке собственных продуктов. Хотя вообще-то продуктовые компании были и в 1990-е, другое дело, что они сосредоточились на местных российских задачах, как то автоматизация бухгалтерского учёта или банковской отчётности», – подтверждает заместитель генерального директора EPAM Systems по развитию бизнеса Артак Оганесян.

Он также обращает внимание, что в настоящее время ситуация меняется – Россия переживает бум стартапов, многие из которых стремятся стать глобальными поставщиками не только сервисов, но и продуктов, преимущественно основанных на интернет-технологиях. «Кстати, немалая часть основателей таких фирм – это выходцы из аутсорсинговых компаний. Они приобрели опыт и экспертизу и увидели свободную для себя нишу именно благодаря работе с международными компаниями. Чтобы таких компаний было больше, надо попробовать повторить эффект Кремниевой Долины. Возможно, начать с основания собственных MIT и Stanford, чтобы вокруг них сложилась экосреда молодого инновационного бизнеса», – отмечает г-н Оганесян.

В то же время член Правления АП КИТ, президент НП «РУССОФТ» Валентин Макаров уверен, что развитие российской индустрии разработки ПО сдерживается рядом факторов, которые напрямую зависят от государства, и, прежде всего, это излишне высокий налоговый пресс. По его словам, ставки страховых взносов, уплачиваемые российскими компаниями, выше не только ставок у прямых конкурентов в ЮВА и Восточной Европе (Украина, Белоруссия), но даже ставок в США, что исключает какую-либо конкурентоспособность в принципе. Кроме того, это наличие таможенных барьеров для импорта ИТ (в первую очередь для ввоза «инженерных образцов», предназначенных для разработки и тестирования ПО), высокие накладные расходы на исполнение валютного и налогового регулирования, а также экспортный контроль. Среди сдерживающих факторов г-н Макаров отмечает также неэффективную систему распределения средств для финансирования НИОКР, практическое отсутствие мер стимулирования инвестиций бизнеса в систему переподготовки и повышения квалификации кадров (как следствие – в целом низкая эффективность ВУЗов и особенно ССУЗов в подготовке кадров), а также катастрофическое отставание России в развитии инфраструктуры и программы мер поддержки высокотехнологичного экспорта.


Заместитель генерального директора EPAM Systems по развитию бизнеса Артак Оганесян

 

В то же время, по словам члена правления АП КИТ, президента консалтинговой группы «Борлас» Алексея Ананьина, условия ведения бизнеса в России, Украине и Казахстане близки к аналогичным в других странах постсоветского пространства с их характерными чертами. Во-первых, это сильная зависимость от мировой конъюнктуры и цен на ресурсы – нефть, газ, металлы – из-за слабой диверсификации собственной экономики. Во-вторых, серьезные политические риски для бизнеса и развитость коррупционных схем. В-третьих, частые изменения законодательства, продолжающиеся внутренние реформы. Алексей Ананьин также отмечает торговые, таможенные, налоговые риски, связанные как с несовершенством локальных законодательств, так и с несогласованностью многих положений в отношении ИТ. В частности, в качестве примера он приводит Таможенный союз, механизмы которого для ИТ-рынка далеки от совершенства.

«Развитие сегмента софта тоже важно, оно тесно связано с уходом от пиратских схем использования продуктов и развитием внутренней разработки ПО как на внешний рынок, так и на внутренний. Однако, например, в России 80 % расходов ИТ-бизнеса – это зарплата и связанные с ней налоги. Льготное налогообложение для сертифицированных ИТ-компаний, занимающихся ИТ-услугами, связанными с разработкой софта, – уже хорошо, но это только часть того, что предлагает ИТ-индустрия в лице АП КИТ для реального придания ускорения развитию отечественной ИТ-отрасли. В Украине условия уже лучше, а сейчас готовится к рассмотрению законодателями еще один пакет льгот, но большинство разработчиков работает на компании неукраинского происхождения. Целый ряд интересных инициатив государства по созданию спроса на ИТ осуществляются в Казахстане. Так что во всех странах мы видим со стороны государства некие действия, направленные на содействие ИТ-рынку и ИТ-компаниям, но стройной и эффективной системы поддержки и стимуляции развития пока нет», – констатирует Алексей Ананьин.

Поэтому именно государство в наибольшей степени сегодня может повлиять на создание благоприятных условий для роста бизнеса в области разработки ПО, хотя для этого, возможно, и придется изменить парадигму сегодняшней экономической политики. При этом «национальной идеей» должно стать продвижение российских высокотехнологичных продуктов и услуг на глобальный рынок (включая РФ).

«Этой идеей должен заболеть президент. Тогда он совершит несколько действий, которые уже были сделаны во всех развитых и многих развивающихся странах, которые взяли на вооружение эту же «национальную идею». Прежде всего, создаст при себе орган (совет), объединяющий все ведомства, оказывающие влияние на высокотехнологичный экспорт, которому будет поручено разработать и поддерживать программу поддержки высокотехнологичного экспорта (или поручит эту функцию уже имеющемуся органу). Далее под этим органом создаст исполнительное агентство, которому будет передан бюджет для реализации программы поддержки высокотехнологичного экспорта, которую разработает совет. В этот совет должны быть приглашены на равных условиях представители организованного инновационного бизнеса (назначенные соответствующими ассоциациями) для формирования программы действий и реализации обратной связи для оценки и совершенствования деятельности государства в этой области. При этом сам президент будет оценивать эффективность самого себя, всего правительства и созданных органов поддержки по четырем количественным показателям (объем продаж российских продуктов и услуг высоких технологий на глобальном рынке, доля российских продуктов и услуг высоких технологий на мировом рынке и производные от этих величин во времени)», – убежден член Правления АП КИТ, президент НП «РУССОФТ» Валентин Макаров (более подробно об этом см. в материале рубрики «Инфономика» от 25 июля 2012 г.).

 

Член правления АП КИТ, президент консалтинговой группы «Борлас» Алексей Ананьин

В то же время, по словам заместителя генерального директора компании EPAM Systems по развитию бизнеса Артака Оганесяна, на Западе поддержка разработчиков ПО в явном виде не ощущается. «В свое время компьютерная индустрия там косвенно развивалась через военные и правительственные заказы. У нас аналогично двигателями НИОКР были оборонка и космос. Сейчас я бы предложил государству обратить внимание на образование, больше вкладывать в школу и ВУЗы. Всё остальное рыночная экономика более или менее расставит на места. Ну и в целом поднять уровень жизни, ведь многие уезжают в Калифорнию ради замечательной погоды и высокого уровня жизни. Там даже в гараже хочется изобретать!» – комментирует он.

Действительно, образование – это наиболее серьезный ресурс повышения конкурентоспособности отечественных разработчиков на мировом рынке после создания благоприятных условий со стороны государства. В частности, по словам Валентина Макарова, который приводит выкладки аналитиков McKinsey&Company, Россия является третьим по величине ресурсом человеческого капитала для ИТ после Китая и Индии, где каждый год на рынок выпускается по 300 тыс. новых ИТ-специалистов, в то время как у нас – около 50 тыс. (для сравнения: в Бразилии эта цифра на уровне 5 – 10 тыс. ИТ-выпускников в год). При этом в странах Восточной Европы, по словам президента IBS Group Анатолия Карачинского, до сих пор сохраняется система образования, совершенно отличная от западной модели, в основе которой лежит получение фундаментальных знаний (математика, физика и т. д.) и абсолютное отсутствие кейс-модели, то есть навыков их конкурентного применения в жизни. Западная же система образования построена именно на кейс-модели, начиная со школы, где учат не знаниям, а их применению.

«Это очень хорошо для менеджеров, которые точно знают, что им делать в той или иной ситуации. Но плохо для инженеров, потому что они должны в одной и той же ситуации пытаться найти новый путь ее решения, именно в этом и заключается суть инноваций. Еще одно наше преимущество связано с некоторым провалом конца 1980-х – начала 1990-х гг. в западных странах с набором на технические специальности в ВУЗы. Даже пять лет назад в США лишь 17 % студентов были не гуманитарии, в Европе – 22 %. Сейчас ситуация изменилась, но структурные изменения в образовании происходят крайне медленно, учащиеся там сегодня станут настоящими профессионалами лишь через 15 – 20 лет. И для России (равно как и для Украины с Белоруссией), где четыре года назад на технических специальностях училось 52 % студентов, это очень хороший и удобный исторический шанс. Поэтому именно восточноевропейцы в ближайшее время станут теми, кто будет менять окружающий мир», – рассказывает президент IBS Group Анатолий Карачинский (более подробно об этом в материале по итогам беседы с г-ном Карачинским в Киеве от 5 апреля 2013 г.; см. также материал по центрам разработок Luxoft в мире (подразделение IBS Group по заказным разработкам ПО) от 10 апреля 2013 г.).

 

Президент IBS Group Анатолий Карачинский


Таким образом, доминирование на постсоветском пространстве компаний-разработчиков ПО, работающих по аутсорсинговой модели, имеет исторические причины: отсутствие опыта, требуемого для вывода собственных продуктов; слабый внутренний ИТ-рынок (за исключением России) и отсутствие спроса на такие разработки на нем; миграция на этапе всеобщей паники и разрухи в западные страны ведущих квалифицированных кадров. Тем не менее ситуация в России начинает исправляться. В частности несколько российских разработчиков уже вошли в топ мировых ИТ-компаний (Kaspersky Labs, ABBYY, Parallels, Acronis, PROMT, SPIRIT и т. д.). Пять из российских компаний (Luxoft/IBS Group, EPAM Systems, Auriga, FirstLine Software, Artezio) вошли в рейтинг ведущих поставщиков ИТ-услуг по версии международной Ассоциации аутсорсинговых компаний (IAOP) 2012 года. При этом в России сохраняется высокий кадровый потенциал для увеличения числа российских программных продуктов на мировом рынке, дополненный мощной волной стартапов, большая часть которых изначально ориентируется на мировой рынок. Но для этого необходима поддержка государства, прежде всего налоговая, а также в вопросах помощи внешнему экспорту ПО в рамках новой «национальной идеи».

Рубрики: Интеграция, ПО, Кадры, Регулирование

Ключевые слова: программное обеспечение, аутсорсинг, разработки , IBS