Low-code/No-code. Развитие тренда, отечественная специфика, сценарии применения, комментарии экспертов

ICT-Online.ru: Как сейчас развивается тренд на Low-code/No-code-инструменты? Какие его преимущества и слабые стороны вы видите?

Генеральный директор «ЭОС ПВ» Иван Скородумов: Интерес к Low-code/No-сode точно никуда не ушел. Как и любая новация, предлагающая принципиально иной и к тому же более легкий (в сравнении с ранее применявшимися) метод создания чего-либо, технологии Low-code/No-сode в определенный период вызвали огромный ажиотаж. Если вспомнить первые подобные решения (период двухтысячных годов), то тогда они (технологии) не были приняты потребителями. Рынок до них просто не дозрел. Правильно будет сказать, что производители тех лет опередили время. В организациях не было специалистов, готовых разобраться в инструментах подобного уровня. Скажем честно: тогда и текстовым редактором не все умели пользоваться.

Генеральный директор «ЭОС ПВ» Иван Скородумов
Фото: ЭОС

Со сменой поколений ситуация существенно изменилась. Запрос на массовую автоматизацию, ограниченное количество разработчиков и уже более продвинутые инструменты Low-code/No-сode позволили реально решать прикладные задачи определенного уровня. Многие заказчики при выборе прикладных продуктов стали выдвигать требования поддержки Low-code/No-сode в качестве обязательных, рассматривали их как базовые элементы архитектуры цифровизации.

В данный момент инструменты Low-code/No-сode являются базовыми, естественными для любой серьезной платформы, обеспечивающей автоматизацию. Конечно, мнение об их «волшебном всемогуществе» (то есть о возможности создавать любые приложения сотрудниками вообще без какой-либо подготовки) уступило место более взвешенной и зрелой оценке границ их применимости. Сейчас это один из способов быстрее и дешевле решить свои задачи, имеющий собственные преимущества и ограничения.

Преимущества инструментов Low-code/No-сode очевидны: они позволяют оперативно решить задачи определенного уровня сложности, сделать макет приложения, проверить гипотезу без привлечения разработчиков. Для многих организаций этого уровня вполне хватает. Инструменты Low-code/No-сode снижают зависимость заказчиков от вендоров, экономят бюджет, сокращают сроки реализации проектов.

Но, как только бизнес углубляется в своих желаниях – просит реализовать более сложные сценарии, нестандартные интеграции или маршруты, встроить стороннее ПО, обеспечить стабильную работоспособность при десятках тысяч одновременно работающих пользователей – данного инструментария не хватает. И тут необходимо иметь возможность реализации требований уже силами профессиональной команды разработки (это может быть и собственная команда заказчика). К тому же Low-code/No-сode не всегда экономически выгодны. Следует четко осознавать, что эти инструменты не универсальны и не являются «волшебной таблеткой». Где-то они действительно ускоряют автоматизацию, а где-то превращается в ограничение для проектной команды, интеграций и дальнейшего развития системы.

Генеральный директор Инфомаксимум Александр Бочкин: Как и в любую другую область, в Low-code/No-code активно внедряется искусственный интеллект. К визуальным конструкторам и готовым компонентам добавляется возможность описать задачу обычным языком и получить основу решения. Аналитики Gartner отмечают, что ведущие Low-code-платформы усилили позиции благодаря встраиванию агентного ИИ в среду разработки.

Генеральный директор Инфомаксимум Александр Бочкин
Фото: Инфомаксимум

На мой взгляд, основные плюсы — скорость реализации типовых задач и последующих изменений. Компании не приходится каждый раз с нуля разрабатывать формы, маршруты согласования и другие стандартные элементы. Часть настроек могут выполнять сотрудники, непосредственно связанные с этими задачами. Разработчики могут сократить себе рутину, сохранив возможность дописать необходимую логику кодом.

Есть определенные ограничения. Приложение нужно связывать с существующими системами, настроить доступ, проверить под нагрузкой и обеспечить поддержку. Если требуется много нестандартных доработок, первоначальная экономия может существенно сократиться. Есть и зависимость от выбранной платформы: при ее смене часть решения придется создавать заново. Поэтому стоимость внедрения и сопровождения нужно оценивать до старта проекта.

Отдельный риск — впечатление, что простота создания приложения делает необязательной техническую экспертизу. Ошибка в правах доступа или логике обработки данных остается ошибкой при любой причине ее возникновения. С появлением ИИ проверка становится еще важнее: результат может выглядеть убедительно и при этом некорректно работать в отдельных ситуациях даже с заданными условиями и четкими подробными инструкциями. Бизнесу нужны понятные правила — что сотрудник может изменить самостоятельно, что требует тестирования и кто отвечает за запуск, верификацию и так далее.

Советник генерального директора Content AI Олег Сажин: Low-code/No-code-инструменты продолжают развиваться как один из инструментов корпоративной автоматизации, однако видно, как в 2026 году меняется характер их применения. Изначально их основной ценностью считалась возможность быстро создавать приложения с минимальным объемом программирования, давать возможность бизнес-пользователям, например, аналитикам, самостоятельно настраивать их под свои задачи. Сегодня же для бизнеса на первый план выходит сокращение стоимости и сроков автоматизации процессов. Важное следствие этого тренда — снижение экономического порога автоматизации.

Советник генерального директора Content AI Олег Сажин
Фото: Content AI

Раньше компании преимущественно автоматизировали масштабные процессы с большим количеством повторяющихся операций, поскольку разработка специализированных решений требовала значительных инвестиций. Low-code/No-code позволяет расширить автоматизацию на сравнительно небольшие процессы, для которых индивидуальная разработка экономически нецелесообразна. По отдельности они могут создавать незначительную нагрузку, но в масштабах крупной организации совокупные трудозатраты на их выполнение оказываются существенными.

Дополнительное влияние на развитие Low-code/No-code оказывает распространение генеративного ИИ и инструментов вайб-кодинга. Последние, по сути, решают схожую задачу — упрощают и ускоряют разработку, но используют разные подходы. Если Low-code/No-code предполагает создание приложений преимущественно из готовых компонентов, то вайб-кодинг позволяет описать необходимую функциональность на естественном языке и получить сгенерированный ИИ программный код. Фактически это создает дополнительную конкуренцию в сегменте простых приложений и прототипов.

Однако возможности Low-code/No-code не стоит переоценивать. При автоматизации сложных сквозных процессов значительная часть работы связана не с созданием приложения, а с интеграцией корпоративных систем и обеспечением безопасности. Поэтому сокращение сроков разработки не всегда означает сопоставимое снижение совокупной стоимости владения.

Директор по развитию продукта «Сфера.ITSM», ИТ-холдинг Т1 Наталья Буйлина: Low-code/No-code хорошо подходит для заказной разработки бизнес-приложений: сокращает сроки создания решений, позволяет быстрее реагировать на изменение требований и экономить на последующих доработках и сопровождении.

Одно из главных преимуществ Low-code/No-code — возможность быстро создавать MVP и проверять гипотезы, сокращая путь от идеи до работающего решения. Кроме того, такие платформы помогают снижать стоимость владения корпоративными системами и уменьшают зависимость от дефицитных разработчиков.

Директор по развитию продукта «Сфера.ITSM», ИТ-холдинг Т1 Наталья Буйлина
Фото: ИТ-холдинг Т1

При этом у Low-code/No-code есть ограничения. Платформы часто специализируются на определенных классах задач, поскольку разные сегменты требуют своей функциональности и моделей данных. Попытки создавать приложения, для которых платформа изначально не предназначена, могут приводить к сложным обходным решениям, ухудшающим масштабируемость и сопровождаемость.

По мере распространения Low-code/No-code в корпоративном сегменте возрастают требования к надежности, безопасности, тестированию и управляемости изменений. В связи с этим скорость разработки должна сочетаться с промышленным уровнем качества.

Директор по развитию продуктов Центра цифровых решений для бизнеса компании BSS Станислав Шилов: Инструменты Low-code/No-code получают все большую популярность, причем не только как инструмент для создания прототипов и MVP, но и как часть промышленного ИТ-ландшафта. Отчасти можно даже отметить, что популярность Low-code/No-code в публичном поле несколько поблекла в связи с развитием ИИ — современный инструментарий позволяет обеспечить такую же скорость создания решений, но при этом не зависеть от платформы, дающей возможности Low-code/No-code.

Директор по развитию продуктов Центра цифровых решений для бизнеса компании BSS Станислав Шилов
Фото: BSS

Преимущества Low-code/No-code — скорость реализации задач и демократизация разработки (вместо квалифицированных программистов и аналитиков задачи могут решать даже бизнес-пользователи). Недостатки — сложность создания нетиповых решений, сильная зависимость от архитектуры платформы и потенциальный vendor lock.

Руководитель направления ITSM/ESM компании «ЛАНИТ-Интеграция» (группа ЛАНИТ) Александр Борщов: Low-code/No-code-инструменты позволили компаниям быстро адаптировать системы автоматизации под меняющиеся требования бизнеса. Главный тренд сегодняшнего дня – инструменты ИИ, которые встраиваются в платформы автоматизации и помогают пользователям в рутинных задачах и разработчикам при настройке систем.

Руководитель направления ITSM/ESM компании «ЛАНИТ-Интеграция» (группа ЛАНИТ) Александр Борщов
Фото: ЛАНИТ

Ключевое преимущество Low-code/No-code – высокая скорость реализации функций, не требующая разработчиков высокой квалификации. Но когда речь идет о сложных функциях, могут возникнуть ограничения на уровне платформы и проблемы с производительностью, которые нельзя устранить без привлечения вендора.

Руководитель Лаборатории инноваций НОРБИТ (группа ЛАНИТ) Дмитрий Демидов: Тренд переживает переломный момент: в 2024-2025 годах Low-code воспринимался как универсальная замена классической разработке, сейчас рынок переоценивает его возможности. Согласно исследованиям, доля компаний, использующих или планирующих внедрение Low-code, упала с 66 % до 34 %, крупный бизнес больше не видит в нем панацею.

Руководитель Лаборатории инноваций НОРБИТ (группа ЛАНИТ) Дмитрий Демидов
Фото: ЛАНИТ

Преимущества Low-code остаются вполне реальными. Это быстрые прототипы, MVP, автоматизация несложных и типовых бизнес-процессов, цифровизация взаимоотношений с клиентами и партнерами, внутренние процессы. Как подход к разработке Low-code сокращает time-to-market и зависимость от дорогого ИТ-персонала, ускоряет обучение, снижает стоимость рисков. Ценность его как продукта в современном стеке, бесшовных обновлениях, производительности, инструментах интеграции, гибких системах ролевого доступа.

А вот слабые стороны по прошествии времени оказались системными. Low-code-платформы изначально позиционировались как дешевая альтернатива классической разработке, но на практике все оказалось не так просто: приходится тратить много времени и ресурсов на освоение самого софта и его адаптацию к корпоративной инфраструктуре, без навыков разработки тут ничего не получится. При масштабировании достаточно часто возникают ограничения по гибкости, интеграциям и управляемости. Инструмент больше подходит для быстрых прототипов и простых решений базового уровня.

Серьезный сдвиг связан с тем, что за последний год нейросети взяли на себя значительную часть задач, которые раньше решал Low-code. Генеративный ИИ выдает код в ответ на запросы на естественном языке, от человека зачастую никаких технических знаний не требуется. Конечно, сгенерированный код часто не идеален, но перефокусировка очевидна. Есть и значимые ожидания, связанные с потенциалом применения ИИ-инструментов для конфигурации Low-code систем, они смогут под запросы от пользователя настраивать такие решения. Первые эксперименты в этой области показывают вполне конкретные перспективы. Low-code-продукт задаст единый платформенный стандарт и будет централизованно обслуживаться. Это позволит сохранить управляемость и продуктивность, а ИИ-модели возьмут на себя рутинные операции по кастомизации.

Ведущий архитектор решений компании «Интерпроком» Игорь Бреус: На мой взгляд, рынок Low-code/No-code становится более зрелым. Еще недавно на первый план выходили вопросы скорости, которые эти инструменты успешно закрывали: быстрое решение проблемы дефицита разработчиков и их высокой загруженности, оперативное импортозамещение и запуск новых сервисов, снижение затрат.

Ведущий архитектор решений компании «Интерпроком» Игорь Бреус
Фото: «Интерпроком»

Компании начали создавать простые приложения в разы быстрее и дешевле, зачастую — без глубоких знаний программирования. Благодаря интуитивно понятным интерфейсам, где нужно оперировать лишь формами, данными и процессами, бизнес-пользователи превратились в «гражданских разработчиков». Очередь к профессиональным командам уменьшилась, позволив им сосредоточиться на сложных архитектурных задачах. Эта картина казалась почти идиллической, но у скорости есть своя цена — риски и ограничения.

Когда приложения создают бизнес-пользователи без надзора со стороны служб информационной безопасности, а возможности самой платформы по защите данных ограничены настройками вендора, это становится серьезной угрозой.

Еще одна ловушка — иллюзия автономности. Опасно полагать, что «гражданский разработчик» полностью заменит профессиональную команду. Без участия инженеров остро встают вопросы долгосрочного развития, поддержки, эксплуатации и масштабирования продуктов.

Крупный бизнес сталкивается с объективными ограничениями платформ Low-code/No-code: сложностью интеграции в существующий ИТ-ландшафт, падением производительности при росте нагрузки и низким качеством программного кода. К этому добавляется жесткая зависимость от поставщика и ограниченные возможности кастомизации — пользователь вынужден работать только в рамках готовых модулей.

В эпоху ИИ вектор развития Low-code/No-code-платформ меняется от визуальных кубиков к диалогу. Акцент смещается с количества собранных приложений на их инновационность, качество и операционную эффективность. С приходом генеративного ИИ концепция Low-code трансформируется: тренд уходит от визуальных конструкторов к разработке через диалог. Мы фактически переходим от принципа «собери мышкой» к принципу «объясни словами». Искусственный интеллект встраивается в Low-code/No-code-платформы как базовый слой. Он не только генерирует код, но и берет на себя первичный контроль его качества.

При этом главная ловушка новой эпохи — ложное ощущение, что ИИ способен во всем разобраться сам. Если убрать человека из контура контроля, такая «самодеятельность» может обойтись очень дорого. Без жесткой инженерной дисциплины и глубоких доменных знаний вместо работающего продукта получится неподдерживаемая масса сгенерированного кода, которую невозможно аудировать и развивать.

Low-code/No-code — это полезное дополнение, но не замена традиционной разработки. Архитектурный каркас и критически важные системы по-прежнему остаются зоной ответственности профессионалов. Потенциал этих инструментов следует оценивать в комплексе, исходя из целей, задач, ресурсов и сроков конкретного проекта. Здесь важно не бросаться в крайности и не пытаться заменить одну парадигму другой. Ключ к успеху — в поиске правильного баланса, который согласуется с потребностями и возможностями бизнеса, и в грамотной оценке всех сопутствующих рисков.

Заместитель директора департамента «Бизнес-приложения» Рексофт Юрий Мацыгин: Low-code — это создание бизнес-приложений на базе готовой платформы преимущественно настройками с минимальным привлечением программистов, No-code — вообще без них. В 2010-х на российском рынке работали зрелые западные ERP, CRM, BPM, ECM и Middleware-платформы, а к 2020-м на волне импортозамещения эксперты по западным решениям перенесли накопленный опыт на отечественные решения — так в РФ сложился рынок собственных Low-code-продуктов. Они обладают достаточной зрелостью для среднего бизнеса, но у них не всегда есть гибкость, необходимая для крупных компаний, поэтому последние пять лет крупные банки, телеком- и ритейл-компании часто переписывали функционал привычных западных платформ силами собственных команд. Сейчас на смену тренду импортозамещения приходит ИИ. Часто звучит вопрос о ценности Low-code-платформ в мире, где LLM позволяет эксперту в предметной области быстро создать бизнес-приложение без привлечения программистов.

Заместитель директора департамента «Бизнес-приложения» Рексофт Юрий Мацыгин
Фото: Рексофт

Преимущества Low-code — архитектурная надежность, отказоустойчивость и низкая стоимость изменений — с приходом ИИ сохраняются. Слабые стороны — зависимость от вендора, стоимость лицензий, ограничения гибкости и дефицит специалистов по конкретной платформе. Кажется, что к ним добавилась еще одна — более высокая стоимость создания решения по сравнению с ИИ-разработкой. Но, если смотреть на весь жизненный цикл, картина обратная.

Чем создание решений на базе Low-code платформ отличается от популярного ИИ-кодинга? В момент создания результат может быть похож, но дальнейший жизненный цикл разный. ИИ на выходе создает программный код — по сути, это «быстрая» заказная разработка. При настройке же Low-code-платформы с помощью ИИ мы получаем не код, а конфигурацию. При развитии и поддержке решения, созданного ИИ-кодингом, возникают сложности с удержанием контекста: растет число ошибок и уточнений, и то, что работало раньше, начинает отказывать. В Low-code это происходит заметно реже — пока решение остается в конфигурации, а не уходит в кастомный код, — потому что конфигурация сама содержит контекст и однозначный смысл сделанных изменений. Добавил поле, указал тип, написал название — и конфигурация поля уже помогает LLM понять, зачем это было сделано и как применять изменения. Более того, ИИ легко сгенерирует пакет документации на сделанные настройки. Поэтому контекст не теряется и нет лавинного роста ошибок и уточнений при изменениях.

В итоге стоимость первой версии функционала у Low-code может быть выше, чем у ИИ-кодинга, потому что сама платформа стоит дороже, чем токены LLM. Но по стоимости последующих изменений и поддержки Low-code выигрывает, а так как Enterprise живет в ритме постоянных изменений, то и итоговая совокупная стоимость владения (TCO) у платформы оказывается значительно ниже.

Руководитель направления департамента бизнес-решений и цифровой трансформации «Софтлайн Решения» (ГК Softline) Сергей Азаров: Интерес к Low-code/No-code сохраняется, потому что потребность в разработке у бизнеса никуда не исчезает, а возможности нанять квалифицированных специалистов есть далеко не у всех. Значительная часть таких кадров сосредоточена в крупных компаниях, и малому и среднему бизнесу довольно сложно за них конкурировать.

Руководитель направления департамента бизнес-решений и цифровой трансформации «Софтлайн Решения» (ГК Softline) Сергей Азаров
Фото: Softline

Главное преимущество Low-code/No-code-инструментов в том, что человек, который понимает задачу со стороны бизнеса, может сам участвовать в ее реализации. Для многих повседневных задач действительно достаточно базовой подготовки, и это заметно сокращает путь от обсуждения до работающего приложения. Но я бы не воспринимал Low-code как возможность вообще обойтись без технических знаний. Пока вы работаете в рамках стандартных функций платформы, все плюс-минус понятно. Когда начинается глубокая кастомизация, интеграция с другими системами или появляются серьезные требования к производительности, нужны уже специалисты, которые понимают, как все это устроено.

Здесь нужен баланс между техническими навыками и пониманием бизнес-процесса. Можно хорошо разобраться в конструкторе, но если нет понимания, кто и что должен делать в этом процессе, само по себе приложение проблему не решит.

Исполнительный директор ROBIN и Robovoice компании SL Soft fabricaONE.AI (акционер - ГК Softline) Павел Сергеев: Развитие рынка Low-code/No-code-инструментов сегодня неразрывно связано с повсеместным внедрением искусственного интеллекта. Главная слабая сторона традиционных визуальных конструкторов заключается в пороге входа: пользователю всё равно необходимо потратить время, чтобы разобраться в логике платформы и собрать работающий продукт из готовых «кубиков». Сейчас этот барьер стремительно исчезает. Если раньше ключевым преимуществом Low-сode была скорость разработки, то сегодня ИИ справляется с этой задачей эффективнее, самостоятельно выстраивая и поддерживая логику. Фокус смещается с ручной сборки на автоматическую генерацию решений.

Исполнительный директор ROBIN и Robovoice компании SL Soft fabricaONE.AI (акционер - ГК Softline) Павел Сергеев
Фото: Softline

Руководитель ИТ-департамента «ОБИТ» Кирилл Тимофеев: Сегодня можно с уверенностью отметить, и это в том числе подтверждают ряд последних исследований, что число компаний, которые используют Low-code/No-code-инструменты, стало кратно больше. И дело в том, что такие инструменты вышли за рамки представления обычного конструктора, и сейчас мы можем говорить о полноценном, серьезном продукте. Ряд решений наших партнеров, которые мы внедряем в большие компании, в том числе имеют в себе базы таких готовых инструментов для быстрой и гибкой кастомизации продукта, например, решения для управления ИТ-процессами и активами. Тут мы плавно подошли к преимуществам — это действительно простота запуска, адаптации, оперативного внесения изменений, тестирования гипотез и пилотов.

Руководитель ИТ-департамента «ОБИТ» Кирилл Тимофеев
Фото: «ОБИТ»

Если говорить об узких местах таких инструментов, то это, опять же, коробочное решение, которое, если у компании сложносочиненная инфраструктура, может не закрыть какие-то отраслевые или специфические потребности. Тут возникают возможные сложности с масштабируемостью, сложность кастомизации под нестандартные бизнес-процессы, а в некоторых случаях и нехватка зрелой экосистемы.

Руководитель отдела разработки CESCA Эдгар Маргарян: Для меня главное в Low-code и No-code - возможность быстро проверить идею в работе. Например, компании нужна форма заявки на оборудование или новый порядок согласования закупок. Если возможностей конструктора достаточно, первую версию можно собрать и показать сотрудникам. После этого проще понять, что нужно изменить: добавить поле, убрать лишний этап или скорректировать логику процесса.

Руководитель отдела разработки CESCA Эдгар Маргарян
Фото: CESCA

Сейчас к визуальным конструкторам добавляются инструменты ИИ. Например, в Power Apps можно описать задачу обычным языком и получить основу приложения и модели данных, а затем доработать результат. Это снижает порог входа, хотя не отменяет необходимости проверять, насколько решение соответствует требованиям бизнеса.

Я сам использую визуальную автоматизацию в n8n. Саму платформу я развернул в облачном сервере с Docker и PostgreSQL. У меня настроен сценарий подготовки и публикации статей: ИИ-агенты собирают новости, проверяют историю публикаций, готовят текст и передают его на критику. Если в статье есть недочёты, она возвращается на доработку. После проверки отдельный агент готовит изображение, а система публикует материал и проверяет результат. Количество циклов доработки ограничено тремя, чтобы процесс не зацикливался.

В этом примере мне удобно, что можно наглядно задать последовательность действий, условия перехода между этапами и обработку повторных попыток. При этом сама автоматизация не освобождает от необходимости продумывать её работу в нештатных ситуациях.

Именно здесь, на мой взгляд, проходит одна из основных границ возможностей таких инструментов. Если интегрируются несколько систем, нужно учитывать ошибки обмена данными, повторные запросы и недоступность отдельных сервисов. Конструктор позволяет настроить логику, но не принимает архитектурные решения за команду. No-code подходит для задач, которые можно решить готовыми блоками, а Low-code даёт возможность расширить их собственным кодом.

Поэтому при выборе платформы я бы смотрел не только на скорость первого запуска, но и на стоимость владения: лицензии, интеграции, обновления и сопровождение. Если у приложения сложная логика или высокие требования к производительности, это стоит проверить на пилоте. Быстро собрать первую версию — не то же самое, что обеспечить надёжную работу системы в течение нескольких лет.

Директор по работе с партнерами компании «Диасофт» Александр Сахаров: Сегодня Low-code и No-code развиваются как полноценные платформы, которые охватывают весь цикл создания ПО: моделирование бизнес-процессов, проектирование архитектуры, разработку, тестирование, выпуск и сопровождение. Следующий шаг - интеграция ИИ для работы с требованиями, проектирования решений и создания программных артефактов.

Директор по работе с партнерами компании «Диасофт» Александр Сахаров
Фото: «Диасофт»

На мой взгляд, именно в связке с Low-code возможности ИИ раскрываются лучше всего. Инженерные паттерны, метаданные и библиотеки готовых компонентов позволяют использовать уже проверенные решения вместо генерации однотипного кода с нуля. За счет этого сокращаются расход токенов и стоимость применения ИИ, а результат становится более предсказуемым.

У закрытых платформ сохраняются свои ограничения: зависимость от собственной среды исполнения, сложности с кастомизацией и интеграцией, привязка заказчика к вендору. Поэтому наиболее перспективны решения, которые сочетают скорость Low-code с открытым кодом, стандартным технологическим стеком и управляемым жизненным циклом разработки.

Руководитель разработки No-code-платформы «Акола», ИТ-экосистема «Лукоморье» Антон Симуни: Динамика проникновения Low-code/No-code в заказную разработку бизнес-приложений остается позитивной. При этом меняется сама модель создания корпоративного ПО: все чаще компании отказываются от монолитных платформ в пользу композитной архитектуры, где система строится из автономных, взаимосвязанных, но независимых модулей. Такой подход позволяет гибко развивать инфраструктуру, обновлять отдельные компоненты без риска «сломать» все решение и, главное, быстрее адаптироваться к изменениям в бизнесе и законодательстве.

Руководитель разработки No-code-платформы «Акола», ИТ-экосистема «Лукоморье» Антон Симуни
Фото: «Лукоморье»

В этом контексте заметно вырос интерес к технологиям No-code — они фактически стали катализатором цифровой трансформации. В недавнем исследовании Gartner за 2025 год приводится показательная статистика: 60 % ИТ-компаний к 2028 году будут использовать корпоративные LCAP в качестве основной внутренней платформы для разработчиков. Для сравнения: в 2024 году таких компаний было всего 10 %. Такой подход резко сокращает сроки вывода новых продуктов: если раньше речь шла о месяцах, то теперь — о неделях или даже днях.

При этом тренд на создание тиражируемого программного обеспечения с помощью Low-code/No-code сохраняется, но меняется сам принцип тиражирования. Приложения все чаще создаются не как единые монолитные продукты, а как композиция готовых модулей, компонентов и сервисов, которые можно повторно использовать и адаптировать под конкретные задачи. Композитная архитектура в связке с No-code фактически становится новой нормой. Мы движемся к смешанным моделям, где визуальные инструменты, ручная разработка и автоматизированные конструкторы сосуществуют в рамках единой экосистемы, усиливая друг друга.

Сегодня No-code формирует новый архитектурный слой корпоративных систем. Традиционно корпоративная ИТ-архитектура состояла из двух уровней: инфраструктуры и прикладных систем. Теперь над ними появляется новая надстройка — No-code-платформы. Это связующее звено между ИТ и бизнесом.

Такие платформы скрывают сложность программирования и дают возможность работать с визуальными моделями, готовыми модулями и компонентами. С их помощью можно выстраивать новую цифровую логику поверх уже работающих решений — CRM, ERP, аналитических платформ и внешних сервисов — через API и встроенные интеграционные механизмы.

Таким образом, архитектура становится композиционной, а приложения начинают создаваться иначе: не с нуля, а собираться как конструктор. Это меняет не только технологию разработки, но и роли внутри компании. К созданию цифровых решений подключаются специалисты с отраслевой экспертизой — люди, которые хорошо понимают бизнес-процессы, но при этом не являются профессиональными разработчиками.

ICT-Online.ru: Какие особенности Low-code/No-сode на российском рынке можно отметить?

Иван Скородумов («ЭОС ПВ»): Рынок Low-code/No-сode существует уже более 25 лет, но массовое использование – это последние 10 лет. В России уход западных вендоров сильно подстегнул интерес к данным инструментам. Они позволили решить задачи быстрого переноса работающих процессов на отечественные платформы в определенных сегментах в короткие сроки.

Вторая особенность — обязательное соответствие Low-code/No-сode-платформ требованиям регуляторов. Особенно это касается решений, используемых в госсекторе и на объектах критической информационной инфраструктуры. Включение в Реестр отечественного ПО, сертификация по безопасности во ФСТЭК, поддержка отечественной криптографии — все это должно быть реализовано в ядре платформы. Для западных продуктов это было опцией, для российских — условием присутствия на рынке Enterprise-решений и дальнейшего успешного развития.

Третья особенность связана как раз с текущим этапом. Как я уже отмечал ранее, ажиотаж последних лет действительно спал, и это, на мой взгляд, признак зрелости, а не угасания интереса к теме. Первая волна внедрений дала рынку практический опыт: стало понятно, что Low-code эффективен на типовых и часто меняющихся процессах, но теряет преимущество на нетиповой логике, высоких нагрузках и сложных интеграциях, где доработка неизбежно переходит в обычное программирование. Соответственно изменился и характер запросов заказчиков: вместо «хотим создавать приложения без программистов» спрашивают о границах применимости, стоимости владения и возможностях миграции, возможности дописать код, не тратя времени на рутинные вещи.

Четвертая особенность — наличие встроенных AI-помощников, которые решают ряд задач. Хотя это не совсем российская особенность, а общая тенденция. Здесь кроется и опасность: ИИ может так сильно «помочь», что решение перестанет работать. Результаты работы надо очень хорошо контролировать и давать такие возможности только опытным пользователям/проектировщикам.

Олег Сажин (Content AI): Развитие Low-code/No-code в России во многом определяется необходимостью оптимизировать ИТ-затраты и дефицитом квалифицированных специалистов. Компании заинтересованы в инструментах, которые позволяют быстрее развивать корпоративные системы без пропорционального увеличения ресурсов на разработку.

Одна из особенностей российского рынка — тесная связь Low-code/No-code с уже существующими классами корпоративного ПО, прежде всего системами управления бизнес-процессами, электронного документооборота и взаимодействия с клиентами. Многие отечественные решения развиваются как платформы автоматизации с готовой отраслевой или функциональной специализацией. Для корпоративного заказчика такой подход может быть преимуществом, поскольку позволяет использовать уже реализованную бизнес-логику и не создавать все процессы с нуля.

В целом же российский рынок пока неоднороден по уровню зрелости решений. Как я уже говорил, наличие визуальных инструментов разработки само по себе не гарантирует готовности платформы к эксплуатации в сложной корпоративной инфраструктуре. Поэтому по мере развития рынка конкуренция будет в большей степени определяться способностью вендоров и интеграторов обеспечивать полноценную сквозную автоматизацию.

Наталья Буйлина (ИТ-холдинг Т1): По нашим оценкам, российский рынок специализированных Low-code/No-code-решений для управления бизнес-процессами составляет порядка 3-4 млрд рублей. Другие сегменты Low-code/No-code представляют собой отдельные рынки со своей спецификой.

В корпоративном сегменте основной спрос смещен в сторону российских платформ. Компании все реже выбирают зарубежные решения для новых проектов, поскольку не хотят от них зависеть, а уже используемые иностранные системы постепенно замещают российскими аналогами.

Станислав Шилов (BSS): Я бы отметил то, что мощным драйвером Low-code/No-code на российском рынке выступала задача импортозамещения — и платформы Low-code/No-code для автоматизации бизнес-процессов выглядят достаточно привлекательно, так как позволяют сократить стартовые вложения на замену сложных зарубежных систем.

Александр Борщов («ЛАНИТ-Интеграция»): Во-первых, продолжается рост спроса на отечественные платформы; во-вторых, важность соответствия требованиям регуляторов (регистрация в реестре, сертификации); в-третьих – присутствие на рынке большого количества решений с разными уровнями зрелости (функциональности, гибкости масштабирования).

Дмитрий Демидов (НОРБИТ): У нас произошло резкое снижение ожиданий после периода завышенных надежд. Активное продвижение Low-code началось около 2020 года и шло на разных уровнях шесть лет. До 2022 года в основном использовались иностранные решения (больше 60 %), сейчас их доля минимальна (около 5 %.). Но сейчас для крупного бизнеса Low-code – больше не универсальный инструмент создания ПО. Теперь это вспомогательное решение, которое используют в зависимости от зрелости процессов, требований к архитектуре, глубины интеграций и наличия внутренних компетенций.

Есть на рынке и отраслевая неоднородность. Я вполне разделяю мнение участников рынка, что первыми от Low-code откажутся банки, фармацевтика и промышленность, ведь здесь ограничения инструмента быстро становятся заметны из-за сложности и уникальности процессов, высоких нагрузок. Ритейл, логистика и страхование, скорее всего, не будут спешить – им в большинстве случаев нужна автоматизация типовых сценариев, так что Low-code все еще востребован.

Думаю, что бизнес все больше будет смотреть в сторону ИИ, смещая фокус интереса с Low-code. Нейросети пытаются рассматривать как замену, так как они выполняют ту же работу быстрее и проще на этапе MVP, но на этапе продуктивизации к ним все еще возникают серьезные вопросы.

Игорь Бреус («Интерпроком»): Российский сегмент Low-code/No-code развивается по траектории, отличающейся от западной. Его специфика продиктована тремя жесткими факторами: импортозамещением, требованиями информационной безопасности и кадровым запросом.

Рынок практически полностью переориентировался на отечественные платформы. Мы видим десятки зрелых решений: от No-code-конструкторов сайтов, чат-ботов и мобильных приложений до платформ корпоративного уровня для разработки сложных бизнес-систем.

Для заказчика интеграция с российским стеком — это уже не маркетинговые лозунги, а базовое условие к началу предметного диалога. Low-code-платформа, которая не работает бесшовно с Astra Linux, РЕД ОС, СУБД Postgres Pro и сертифицированными средствами криптографии, в нашем корпоративном сегменте нежизнеспособна. Сертификация ФСТЭК и совместимость с Реестром отечественного ПО перешли из разряда желательных в категорию обязательных.

Требования ИБ и импортозамещения сформировали еще одну архитектурную особенность — тотальный запрос на закрытый контур. Для наших ключевых заказчиков внешние облачные сервисы — табу. Российский Low-code обязан быть on-premise по умолчанию, с возможностью подключения локальных моделей (будь то GigaChat, YandexGPT или собственные разработки) без единого байта данных, покидающего периметр заказчика.

В таких условиях интеграция искусственного интеллекта в инструментарий Low-code/No-code перестает быть просто трендом и становится инженерной задачей. ИИ-ассистенты генерируют схемы бизнес-процессов по текстовому описанию, создают DSL-скрипты и настраивают сложную логику. В наших реалиях архитектурная реализация ИИ тоже неразрывно связана с требованиями ИБ: интеллектуальные модули поставляются локально и работают на мощностях заказчика.

Происходит трансформация кадрового запроса. Классический дефицит разработчиков никуда не делся, но Low-code/No-code изменил саму структуру ИТ-отделов. Сегодня визуальными инструментами пользуются не столько «гражданские разработчики» из бизнеса, сколько системные и бизнес-аналитики. Они берут на себя значительную часть задач по сборке бизнес-логики, прототипированию интерфейсов и настройке интеграций, минуя классическую очередь к разработчикам. Это снимает колоссальную нагрузку с дефицитных бэкенд- и фронтенд-команд, позволяя им сфокусироваться на разработке критического ядра систем.

Юрий Мацыгин (Рексофт): На нашем рынке представлены платформы производителей, которые стали серьезными игроками в Enterprise-сегменте на волне импортозамещения: BPMSoft, ELMA, Directum, Т1 Модус, FIS, GreenData и, конечно, 1С — лидер в ERP. У каждой из платформ исторически была своя специализация — 1С в ERP, BPMSoft в CRM, ELMA в BPM. Сегодня их конкурентные преимущества в своем сегменте определяет накопленный бизнес-функционал. Но сложившийся порядок будет меняться. Ориентируясь на тренд использования LLM в производстве ИТ-решений, разработчики адаптируют ИИ для настройки Low-code. Я вижу на рынке успешные эксперименты по настройке платформы по техническому заданию (ТЗ) с помощью LLM. В одном из известных мне случаев ТЗ на типовой функционал средней сложности с оценкой трудозатрат около 40 человеко-часов было реализовано на одной из Low-code-платформ одним экспертом с помощью ИИ за 5 часов. С другой стороны, настройки Low-code-платформ становятся «открытой книгой» для ИИ-агентов, и есть примеры качественной генерации пакета документации на основе конфигурации платформы. Это означает, что следующим шагом может стать быстрый перенос стандартного функционала из одной Low-code-платформы в другую, сначала внутри одного сегмента — CRM, BPM или ERP, а затем и между ними. Для заказчиков это снизит зависимость от конкретного вендора, а для рынка будет означать, что накопленный функционал перестанет быть главной защитой. Конкурировать придется за счет надежности, масштабируемости и технологичности.

Сергей Азаров («Софтлайн Решения»): Отечественные платформы ориентированы на местные требования и инфраструктуру российского бизнеса. Например, заказчику важно, чтобы приложение нормально обменивалось данными с учетными системами и сотрудникам не приходилось ничего переносить вручную. Для части компаний также принципиальны возможность развернуть систему у себя и доступность поддержки российского поставщика.

Павел Сергеев (SL Soft fabricaONE.AI): Говоря об особенностях российского рынка, на первый план выходят жесткие инфраструктурные требования: платформы должны стабильно работать в Linux-средах, на отечественных ОС и бесшовно интегрироваться с российским ПО. При этом возникает серьезный вызов, связанный с информационной безопасностью. Передовые ИИ-компоненты зачастую предоставляются из облака, что создает для бизнеса неприемлемые риски утечки чувствительных данных. В этих условиях важную роль играют платформы, которые позволяют выстраивать интеллектуальную автоматизацию с учетом инфраструктурных требований заказчика.

Кирилл Тимофеев («ОБИТ»): Российский рынок Low-code/No-code развивается в условиях технологической независимости ИТ-ландшафта: компании где-то осторожно, где-то лавинообразно переходят на отечественные программные продукты, пересматривают архитектуру своих систем и стремятся снизить зависимость от зарубежных поставщиков.

Большой пласт инструментов предназначен для энтерпрайза, то есть для автоматизации бизнес-процессов, и изначально адаптирован под интеграцию с российским софтом, оборудованием. Отдельно можно отметитьактивное внедрение в такие инструменты ИИ-агентов, например, в тот же ITSM, где ИИ может взять на себя обработку 80 % типичных входящих запросов в ИТ-поддержку.

На наш взгляд, для российского энтерпрайз-бизнеса Low-code/No-code интересен прежде всего как практический инструмент ускорения цифровизации. Но насколько он будет эффективен — эту эффективность нужно просчитывать. Может оказаться, что приемлемая стоимость и заявленное удобство есть, а вот внедрять, адаптировать и переписывать бизнес-процессы потом потребуется несколько лет. И опять же, нужна профильная команда, которая эти паззлы сможет сложить.

Эдгар Маргарян (CESCA): В России развивается рынок Low-code-платформ для корпоративной автоматизации. Например, в исследовании российского рынка Low-code-платформ, которое в 2025 году провели Фонд «Сколково» и TAdviser, рассматривались возможности отечественных решений и опыт их использования заказчиками.

В нашем проекте YUNA, где я руковожу разработкой системы управления рабочими местами, мы используем элементы No-code для сборки сценариев. Администратор выбирает готовые модули, задаёт параметры, потом соединяет блоки в нужном порядке. Затем сценарий можно сохранить, запускать на выбранных устройствах, а затем посмотреть статусы и журнал выполнения. Для уже предусмотренной операции не нужно каждый раз писать отдельный скрипт. При этом сами модули разрабатывает и тестирует наша команда.

На спрос влияет и замена зарубежного ПО. Но я бы рассматривал его не просто как замену одного продукта другим, а как повод пересмотреть существующие процессы. Если документ последовательно согласуют несколько сотрудников, стоит разобраться, действительно ли нужны все этапы. Иначе компания рискует перенести в новую систему прежние неэффективные процедуры.

Отдельный вопрос — интеграция с существующей ИТ-инфраструктурой. Например, если кадровый учёт ведётся в 1С, нужно определить, какие данные и события должна получать новая система и как будет организован обмен. У ELMA365 есть возможности интеграции с внешними системами, но применимость конкретного механизма и объём доработок лучше проверить на пилотном проекте.

При размещении платформы на собственных серверах также важно заранее оценить требования к оборудованию и совместимость с используемыми операционными системами и базами данных, порядок обновления и резервного копирования.

При этом переход на российский продукт сам по себе не устраняет зависимость от поставщика. Компания по-прежнему связана лицензиями, возможностями платформы и доступностью специалистов. Поэтому до покупки стоит выяснить, какие данные, настройки и элементы логики можно будет перенести при смене решения. Выгрузить данные обычно проще, чем перенести приложение со всеми его связями и бизнес-правилами.

Александр Сахаров («Диасофт»): Главная особенность российского рынка - использование Low-code как инструмента промышленного импортозамещения. Такие платформы позволяют поэтапно заменять функциональные контуры зарубежных систем, модернизировать legacy и создавать новые корпоративные решения.

На практике для российских заказчиков особенно важны работа в закрытом контуре, совместимость с отечественным технологическим стеком, информационная безопасность и интеграция с существующими системами. Открытый код, стандартный стек и поддержка локальных ИИ-моделей обеспечивают технологическую независимость и возможность долгосрочно развивать созданные решения.

Антон Симуни («Лукоморье»): Рынок Low-code/No-code перестал быть нишевым инструментом для автоматизации отдельных процессов и становится частью базовой архитектуры корпоративных платформ. Low-code/No-code все чаще рассматривается не только как инструмент разработки, но и как элемент стратегии управления корпоративной ИТ-архитектурой и основа для построения внутренних платформ разработки.

По данным Forrester, 87 % разработчиков корпоративного ПО уже сейчас используют платформы Low-code/No-code хотя бы для части своей работы. Около 80 % ИТ-организаций уже используют инструменты разработки Low-code/No-code.

На российском рынке ситуация развивается по схожей траектории, но есть собственные драйверы. В частности, значимую роль играют импортозамещение и необходимость развития отечественной технологической базы. Объем российского рынка Low-code/No-code оценивается примерно в 19 млрд рублей (исследование Б1). В 2025 году спрос на платформенные ИТ-решения вырос на 22 %, при этом сегменты Low-code и облачных платформ показали рост на 15-30 % (Staq).

Отдельно стоит отметить динамику отечественных решений: их доля за два года выросла с 35 % рынка до 55 %. В госсекторе за 2022-2024 годы доля российских Low-code/No-code-решений увеличилась с 15 % до 42 %.

Таким образом, принципиального расхождения между глобальным и российским рынками нет: и там, и там Low-code/No-code движется от инструмента для отдельных задач к платформенному уровню корпоративной ИТ-архитектуры. При этом российский рынок дополнительно поддерживается спросом на отечественные решения и задачами технологической независимости.

ICT-Online.ru: По вашим прогнозам, как будет развиваться тренд на Low-code/No-code именно на российском рынке, для каких задач и сценариев?

Low-code/No-code на российском рынке: прогнозы
Изображение: ChatGPT.com

Иван Скородумов («ЭОС ПВ»): Сейчас отечественный рынок платформ Low-code/No-сode проходит стадию взросления. Платформ много, конкуренция высока. В ближайшие годы рынок консолидируется: определятся ключевые игроки (прежде всего те, кто имеет развитую и работающую партнерскую сеть, хорошую экосистему и, конечно, ресурсы на развитие ядра платформы), кто-то неизбежно не выдержит и уйдет.

Второй тренд, который, как иногда говорят, дал вторую жизнь Low-code/No-сode — срастание с ИИ-ассистентами. Сценарий, когда процесс описывается текстом, а платформа собирает черновик, уже не фантастика, хотя доводить его до реального продукта все равно будет человек. Кроме того, само формирование качественного промта требует и соответствующей компетенции человека-«оператора», и четкого представления о реализуемой задаче.

Наша позиция прагматичная: Low-code/No-сode — отличный инструмент, позволяющий переложить ряд задач с разработчика на аналитика и искусственный интеллект. No-сode хорош в ситуациях, когда, например, требуется быстро адаптировать формы, добавить новые объекты, создать маршруты, несложные бизнес-правила. Для высоконагруженного ядра по-прежнему нужен классический контролируемый код. Low-code/No-сode не подойдет для полноценной разработки бизнес приложений, промышленных решений, ГИС для десятков тысяч пользователей с критически важными требованиями к защите информации, в процессах со сложной логикой согласований. Здесь он является одним из вспомогательных инструментов.

Александр Бочкин (Инфомаксимум): По прогнозу Б1, российский рынок Low-code/No-code-платформ создания корпоративных приложений будет расти в среднем на 14 % в год в 2024–2028 годах. Такой прогноз согласуется с потребностью компаний замещать зарубежные решения и быстрее адаптировать приложения под свои задачи.

Наиболее перспективными сценариями для Low-code/No-code считаю внутренние сервисы, обработку обращений, согласование документов, работу с клиентами и поставщиками. Например, компания может настроить прием заявки, проверку обязательных данных, назначение ответственного и уведомление о результате. В подобных сценариях много повторяющихся элементов, а правила регулярно меняются — возможность быстро внести корректировку имеет практическую ценность.

Думаю, ИИ постепенно будет забирать больше работы по подготовке первоначального варианта приложения, настройке отдельных функций и созданию тестов. Но полностью исключить специалистов из разработки сложных систем это не позволит. Чем больше приложение связано с другими системами и критичными данными, тем выше требования к архитектуре и проверке изменений. Проверка результата обязательна, а степень участия человека зависит от сложности задачи и последствий возможной ошибки.

Уверен, что в российском корпоративном сегменте преимущество получат платформы, которые удобно встраиваются в существующую инфраструктуру, поддерживают локальное размещение и дают заказчику возможность самостоятельно развивать решение. Заказчик выбирает инструмент на несколько лет, поэтому возможность поддерживать и изменять приложение после запуска будет иметь не меньшее значение, чем скорость его первоначальной сборки.

Олег Сажин (Content AI): В ближайшие два-три года мы ожидаем развития принципов Low-code/No-code в сегменте корпоративной автоматизации. Спрос будет смещаться к созданию комплексных решений, которые охватывают сразу несколько подразделений и информационных систем. Одним из ключевых направлений станет дальнейшее сближение Low-code/No-code с генеративным ИИ. Распространение вайб-кодинга уже меняет требования к инструментам разработки, и этот тренд, вероятно, будет усиливаться. Можно ожидать, что платформы постепенно перейдут от преимущественно визуального конструирования к сочетанию готовых компонентов, генерации кода и создания сценариев на естественном языке. Пользователь сможет описать необходимый процесс, а система предложит вариант его реализации и сформировать бизнес-логику.

Наталья Буйлина (ИТ-холдинг Т1): В краткосрочной перспективе Low-code/No-code продолжит постепенно проникать в корпоративную разработку, хотя заказчики будут внимательнее оценивать экономический эффект таких проектов. Рост рынка будет поддерживаться потребностью бизнеса быстрее автоматизировать и изменять процессы, одновременно сокращая затраты на разработку и сопровождение.

В среднесрочной перспективе граница между Low-code, классической разработкой и генеративным ИИ будет постепенно размываться. Один из перспективных сценариев — когда пользователь формулирует необходимое изменение естественным языком, ИИ помогает его реализовать, а Low-code/No-code-платформа обеспечивает контролируемую среду разработки и исполнения.

Сами платформы будут востребованы как для заказной разработки бизнес-приложений, так и для создания тиражируемых корпоративных продуктов, которые можно адаптировать под процессы конкретных заказчиков.

При этом вместо появления большого количества новых универсальных конструкторов мы ожидаем усиления специализации существующих решений и последующей консолидации рынка. Конкуренция будет определяться не только возможностями визуального редактора, но и наличием готовых прикладных решений, отраслевой экспертизой, производительностью, безопасностью и совокупной стоимостью владения.

Станислав Шилов (BSS): Мне кажется, развитие инструментов Low-code/No-code продолжится, при этом будет идти в тесной связке с ИИ (например, использование ИИ-агентов для формирования цепочки действий по инструкции в произвольной форме). При этом важно понимать, что Low-code/No-code никогда не заменит классическую разработку. Ключевой вызов для рынка сейчас — найти баланс между скоростью и гибкостью, с одной стороны, и контролем, безопасностью и масштабируемостью — с другой.

Александр Борщов («ЛАНИТ-Интеграция»): Вероятнее всего, этот тренд будет развиваться в двух направлениях.

Первое – расширение корпоративной автоматизации: больше подразделений и процессов будут использовать инструменты Low-code\No-code. Вчера стандартом был Service Desk для ИТ-службы, сегодня – для всех сервисных подразделений (юристов, HR, канцелярии, АХО). А завтра – вообще для всех подразделений.

Второе – расширение использования ИИ: создание приложений, процедур автоматизаций по текстовому описанию, использование ИИ-агентов.

Дмитрий Демидов (НОРБИТ): Low-code останется одним из инструментов в арсенале. Наряду с классической разработкой и ИИ-генерацией кода его будут выбирать в зависимости от задач и условий. Все так же будут широко использовать для быстрого прототипирования и MVP, для автоматизации типовых и несложных бизнес-процессов, например, взаимодействия между подразделениями, обслуживания клиентов и партнеров. Его будут выбирать отрасли с умеренной сложностью, как я говорил выше, ритейл, логистика, страхование. И еще одно направление, которое скорее всего останется, связано с платформенными решениями: здесь Low-code будет применяться в связке с BPM, CRM, ECM, для кастомизации и быстрой адаптации.

Игорь Бреус («Интерпроком»): Один из ключевых трендов на российском ИТ-рынке — это прагматизм, основанный на жесткой связке технологий, бизнес-целей и экономики проекта. На первый план выходит измеримый бизнес-эффект от каждого вложенного рубля, а не просто внедрение новых модных технологий. В приоритете — производительность, устойчивость, быстрая адаптация и скорость окупаемости инвестиций. В полной мере это относится и к использованию Low-code/No-code.

Несомненно, отрасль переходит от традиционного цикла разработки к циклу, управляемому ИИ. Однако в России этот процесс будет не революционным, а эволюционным. Это не спринт, а марафон, который нужно бежать с холодной головой. В долгосрочной перспективе побеждает не тот, кто первым громко заявит о «внедрении ИИ», а тот, кто выстроит вокруг технологии зрелую дисциплину: качественные данные, информационную безопасность, измеримость результатов и процессы непрерывного улучшения.

В развитии самих инструментов Low-code/No-code также намечается гибридный подход. Все больше вендоров будут объединять на своих платформах средства разработки разного уровня: No-code для бизнес-пользователей, Low-code для аналитиков и быстрого решения задач разработчиками, Pro-code — для создания сложного ядра систем профессионалами. Параллельно будет расти запрос на глубокую кастомизацию: платформы должны позволять изменять базовые шаблоны и создавать интерфейсы любой сложности под индивидуальные UI/UX-требования заказчика.

Что касается конкретных задач и сценариев применения, их спектр слишком широк для однозначных прогнозов. Можно предположить, что в перспективе малый и средний бизнес полностью перейдет на No-code для покрытия потребностей в автоматизации рабочих процессов. А вот крупные предприятия без штата профессиональных разработчиков в обозримом будущем вряд ли смогут обойтись, даже при повсеместном использовании ИИ.

Юрий Мацыгин (Рексофт): Я считаю, что Low-code переживет новый рост, и драйвером станет встроенный искусственный интеллект, который существенно сократит время вывода изменений (TTM) и их стоимость, позволяя делать настройки по заданию индустриального эксперта. Ключевым преимуществом команды внедрения бизнес-приложений станет накопленная экспертиза в предметной области, которой ИИ откроет быстрый путь к реализации решения. На рынке Low-code появятся новые игроки или новые версии продуктов с акцентом на технологичность и масштабируемость. Без богатого исторического функционала, но за счет ИИ они быстро закроют существующий разрыв и смогут выйти в лидеры рынка. Границы между традиционными доменами Low-code — CRM, ERP, BPM, EСM, BI — будут размыты, и, вероятно, нас ждет появление универсального вендора, который объединит в единой платформе несколько доменов. Борьба за эффективность и оптимизацию расходов сместит фокус крупного Enterprise от заказной разработки к Low-code с ИИ — по мере того как новое поколение платформ закроет вопросы масштабируемости, отказоустойчивости и нагрузки, в том числе для самых сложных и комплексных задач.

Сергей Азаров («Софтлайн Решения»): Я думаю, прежде всего будет расти использование Low-code/No-code для повседневной автоматизации, на которую у компаний раньше просто не хватало ресурсов. Если заявки распределяются вручную, согласование идет по почте, а учет ведется в нескольких таблицах, это вполне понятные задачи для таких инструментов. Сюда же относятся внутренние сервисы для сотрудников, работа с клиентами, закупочные и кадровые процессы.

Для малого и среднего бизнеса это возможность получить необходимую функциональность без собственной большой команды разработки. В крупных компаниях Low-code будет использоваться для доработки отдельных процессов и создания приложений, которые связаны с уже существующими системами. По мере усложнения задач потребность в технических специалистах сохранится: интеграции и нестандартную логику все равно кто-то должен проектировать и поддерживать. 

Но прежде чем выбирать платформу, я всегда предлагаю разобраться, какие задачи она должна решать, какой результат бизнес хочет получить и как после внедрения изменится работа подразделений. Без понимания этого и экономию посчитать не получится. Быстро собрать приложение - это еще не вся задача, нужно, чтобы им действительно пользовались и чтобы оно давало результат. За счет этого Low-code и будет развиваться: когда компания видит пользу от автоматизации одного процесса, ей гораздо проще принять решение о следующем.

Павел Сергеев (SL Soft fabricaONE.AI): Тренд на Low-code/No-code на российском рынке будет развиваться в сторону повышения безопасности, локализации и более глубокой интеграции с корпоративными ИТ-системами. При этом расширится круг задач, которые можно решать с помощью таких инструментов: от автоматизации отдельных операций до управления сложными сквозными бизнес-процессами с участием искусственного интеллекта.

На примере нашей предметной области мы видим, что сегодня на первый план выходит не столько создание отдельных программных роботов и ИИ-агентов, сколько их оркестрация — управление совместной работой в рамках единого бизнес-процесса. Один из перспективных сценариев развития Low-code/No-code — интеллектуальная автоматизация комплексных процессов, в которых роботы, ИИ-агенты и сотрудники дополняют друг друга.

Кирилл Тимофеев («ОБИТ»): Я думаю, что в ближайшие годы Low-code/No-code продолжит развиваться в России прежде всего за счет спроса на автоматизацию внутренних процессов и ускорение разработки корпоративных сервисов. Оптимизация бюджетов и более прагматичный подход тоже сыграют свою роль в пересмотре инфраструктуры в пользу готовых сценариев. Отдельный тренд, который точно будет влиять, — это нехватка разработчиков-сеньоров и ИИ-инженеров. То есть, когда нет возможности привлекать серьезных разработчиков, но цифровые изменения в компанию внедрить нужно.

Точно будут так же активно развиваться ИИ, экосистемность, кроссплатформенность между приложениями.

Low-code/No-code будет и дальше сильно востребован для автоматизации документооборота и согласований, сервисных служб, внутренних порталов и типовых операций в подразделениях — то есть управления процессами, услугами, активами.

Эдгар Маргарян (CESCA): В ближайшие два-три года я ожидаю роста прежде всего во внутренних сервисах компаний: кадровых процедурах, закупках, согласовании документов, учёте оборудования. Такие процессы регулярно меняются, поэтому возможность быстро корректировать формы и правила без полноценной разработки может быть существенным преимуществом.

Например, при выходе нового сотрудника нужно подготовить рабочее место, выдать оборудование и согласовать доступы. Платформа может связать эти действия, назначить ответственных и показать, на каком этапе возникла задержка. Результат такой автоматизации можно оценивать по вполне конкретным показателям: времени подготовки рабочего места и количеству просроченных задач.

Думаю, будет развиваться и направление готовых отраслевых решений. Компании смогут брать за основу типовой процесс, адаптированный к особенностям их отрасли, и дорабатывать его под свои требования. В небольших организациях часть задач можно будет решать преимущественно настройками No-code. В крупных компаниях Low-code, вероятно, останется инструментом совместной работы бизнес-аналитиков и ИТ-команд: первые описывают процессы, вторые отвечают за интеграции, безопасность и эксплуатацию.

ИИ будет помогать и при создании приложений, и внутри самих процессов. Например, ELMA развивает ELMA Cortex — платформу для создания ИИ-агентов и их интеграции в корпоративные процессы. В службе поддержки я бы начал с относительно ограниченных сценариев: определения темы обращения, поиска нужной информации и подготовки черновика ответа. На них проще проверить качество работы ИИ, прежде чем передавать ему более ответственные задачи.

При этом степень автоматизации должна зависеть от последствий ошибки. Если сценарий влияет на права доступа или другие критичные настройки, необходимо предусмотреть проверку и подтверждение действий, а также сохранять историю изменений.

Наконец, по мере распространения таких инструментов будет важнее становиться управление самими приложениями и процессами. Нужно заранее определить, кто может создавать и изменять сценарии, кто проверяет изменения, и кто отвечает за сопровождение. Если автор приложения уйдёт из компании, у команды должна остаться документация и возможность разобраться в его логике. Иначе быстрое создание решения может обернуться сложностями при его дальнейшей эксплуатации.

Александр Сахаров («Диасофт»): Новый этап развития Low-code уже начался. Ведущие мировые платформы встраивают ИИ в разработку приложений и создают инструменты управления ИИ-агентами. ИИ уже применяется для работы с требованиями, проектирования, тестирования и управления жизненным циклом решений.

В ближайшие годы именно это направление будет определять развитие российского рынка. Low-code станет инженерной основой AI-driven-разработки: ИИ работает с бизнес-задачей, а платформа предоставляет ему архитектурные правила, метаданные, готовые компоненты и контролируемый процесс выпуска. Основные сценарии - модернизация крупных информационных систем, импортозамещение функциональных контуров, автоматизация сквозных процессов и создание отраслевых решений.

Антон Симуни («Лукоморье»): В России явно наметился тренд в сторону заказной разработки: заказчик хочет систему «под себя», чтобы она отражала его процессы, могла быстро кастомизироваться и меняться под его нужды. Вендоры, соответственно, должны давать инструмент, который позволяет бизнесу адаптировать продукт под себя. No-code становится способом построить гибкую цифровую модель бизнеса, которая может меняться вместе с компанией.

Важен архитектурный эффект. Композитная архитектура, которая закрепилась в 2024-2025 годах, в связке с No-code стала новой нормой. Актуальны смешанные модели, где визуальные инструменты, ручная разработка и автоматизированные конструкторы сосуществуют в рамках единой экосистемы. Меняется сама логика ИТ-ландшафта: если раньше ИТ-архитектура была ориентирована прежде всего на стабильность, то сейчас в приоритете адаптивность.

В среднесрочной перспективе это приводит к усилению экосистемного подхода. Сегодня в России в Реестре программного обеспечения уже почти 30 тыс. решений, и рынок в таком раздробленном виде долго существовать не сможет. Мы постепенно приходим к модели, где продукты объединяются вокруг платформ и формируют экосистемы решений.

No-code играет здесь ключевую роль: платформы позволяют объединять разрозненные приложения и сервисы в единую цифровую экосистему, обеспечивая взаимодействие между ними, масштабируемость и гибкость. Дополнительный импульс этому процессу дает интеграция ИИ. Встроенные инструменты искусственного интеллекта в No-code помогают платформам быстрее адаптироваться под новые задачи, анализировать данные и автоматически генерировать предложения по оптимизации процессов. Это позволяет создавать цифровые сервисы быстрее и с меньшими ресурсными затратами, делая экосистему более гибкой и саморазвивающейся.

В ближайшие годы российский рынок Low-code/No-code будет расти примерно на 17 % ежегодно, что соответствует мировому тренду платформенных технологий.

ICT-Online.ru: Большое спасибо всем за беседу!