Кирилл Меньшов, «Ростелеком»: «Помогаем ориентироваться в актуальной ИТ-повестке»

Искусственный интеллект, Интернет вещей и роботизация, информационная безопасность и облачные вычисления, 5G и биометрия – эти и другие технологии составили «матрицу трендов», которую «Ростелеком» опубликовал в начале 2022 года. Подробнее об этом мы говорим со старшим вице-президентом «Ростелекома» по информационным технологиям Кириллом Меньшовым.

Кирилл, на днях «Ростелеком» поделился собственным представлением о технологических трендах на 2022 год. Расскажите, пожалуйста, о том, как это представление формируется и какие тенденции в ИТ вы наблюдаете сегодня?

– «Ростелеком» выпускает подобные отчеты ежегодно, мы постоянно анализируем различные источники и обогащаем свое видение технологических трендов. В 2021 году, например, появились новые факторы, которые способствовали дальнейшему росту инвестиций государства и бизнеса в ИТ. В целом наше понимание технологических трендов состоит из трех больших направлений: общие мегатренды цифровой эры, ключевые тренды ближней перспективы и тренды, формирующиеся благодаря цифровой трансформации государства. Первое направление, включающее глобальную «матрицу трендов», формируется путем исследования научных публикаций и патентов в области ИТ, которые оформляются в Европе, США и Китае. Говоря о трендах ближайшей перспективы, мы основываемся на мнении аналитиков Gartner. Наконец, цифровая трансформация государства происходит прямо на наших глазах, и «Ростелеком» как многолетний партнер государства в реализации цифровых проектов, находится на передовой всех текущих и будущих изменений. Мы можем видеть их одними из первых и делиться наблюдениями.

 

 

Среди трендов, отмеченных «Ростелекомом» в этом году, большая роль отведена технологиям искусственного интеллекта: они выделяются и среди существующих тенденций, и среди перспективных, и среди тенденций, формируемых государством. У нас решения с использованием технологий ИИ распространены?

– В России искусственный интеллект применяется, в первую очередь, в финансовых организациях: например, сейчас ни один банк не выдает кредиты «вручную», решение об одобрении принимается с помощью специально обученных алгоритмов. Вторая область, где ИИ очень распространен, – это веб-сервисы и социальные сети. Невозможно не заметить, как, например, подстраивается под нас поисковая выдача. Виртуальный помощник есть даже на сайте госуслуг. Важно, что искусственный интеллект, алгоритм, не обладающий присущим человеку сознанием, уже способен сделать нечто сверх того, что было в него заложено при программировании и первоначальном обучении. Это становится возможным с развитием генеративного искусственного интеллекта. Сегодня мы тестируем его в рамках существующих процессов, которые проходят в телеком-отрасли. Если генеративный ИИ сможет хорошо реализоваться в них и машина начнет принимать адекватные решения за пределами обучающих выборок, это станет большим прорывом.

В своем выступлении вы говорили о том, что цифровизация становится всё дороже, дефицит ИТ-специалистов порождает рост зарплат в отрасли. Может возникнуть проблема, когда у компаний будет не хватать средств на внедрение и доработку ИТ-систем. Что можно предложить рынку в этой ситуации?

– Я бы выделил здесь три момента. Во-первых, сегодня государство предлагает множество программ поддержки цифровой трансформации, охватывающих не только ИТ-производителей, но и их заказчиков: гранты, льготное кредитование, субсидирование. К сожалению, далеко не все компании знают о таких возможностях. Во-вторых, существуют современные облачные решения для разных категорий и сегментов бизнеса, которые позволяют сэкономить на капитальных затратах. Для использования таких решений, например, не нужно докупать серверное оборудование – достаточно просто приобрести его как услугу из облака. В-третьих, всем игрокам рынка стоит уделять максимальное внимание подготовке ИТ-специалистов, а также их переподготовке из числа представителей менее востребованных профессий. Например, у «Ростелекома» сильный корпоративный университет, где, в том числе, люди уже в солидном возрасте проходят базовое обучение, перепрофилирование – и начинают карьеру в ИТ в нуля: например, в направлении Data Science.

 

Кирилл Меньшов, старший вице-президент «Ростелекома» по информационным технологиям

Кирилл Меньшов, старший вице-президент «Ростелекома» по информационным технологиям

 

Насколько, по-вашему, могут сосуществовать цифровая трансформация и импортозамещение – при том, что во многих направлениях отечественные ИТ-решения пока объективно уступают зарубежным?

– В то время, как к отдельным российским ИТ-продуктам у заказчиков существуют веские претензии, другие продукты уже активно реализуются и в России, и за рубежом. Мне кажется, политика импортозамещения как раз и позволяет быстрее доработать отечественные решения до мирового уровня. В этом смысле никаких противоречий между этими тенденциями нет. Более того: сегодня в основе цифровой трансформации большинства компаний по всему миру лежат не проприетарные коробочные продукты SAP, Oracle, Microsoft и других ИТ-гигантов, а большой стек Open Source решений. Поэтому наличие или отсутствие отечественных коробочных программных продуктов – это не основополагающий фактор успешности процесса. 

Насколько продуктивно, на ваш взгляд, в России сегодня решается проблема внедрения сетей 5G? Близки ли мы к финалу этой многолетней истории?

– Главным сдерживающим фактором для широкого внедрения 5G в России сегодня по-прежнему является предоставление операторам частотного спектра. Чем выше частота, используемая для организации беспроводной связи, тем меньше радиус работы базовой станции и тем больше антенно-мачтовых сооружений нужно оборудовать. Если мы будем строить сети 5G на том участке спектра, который нам предлагают сегодня (согласно недавнему заявлению Минцифры, это может быть диапазон 4,8-4,99 ГГц – прим. ред.), этот проект окажется очень дорогим. В сотрудничестве с государством и с другими операторами связи мы пытаемся найти компромиссное решение, но окончательно нам удастся это сделать, вероятно, не так скоро. Широкого использования 5G в перспективе 2022-23 годов мы не ждем.

С другой стороны, уже сейчас существует целый ряд областей применения 5G, при которых не возникает частотного конфликта: под землей и на промышленных объектах – например, в метро, в штольнях и карьерах горнодобывающих предприятий. Такие кейсы у нас есть, и в ближайшей перспективе мы ожидаем, что внимание к частным проектам в области промышленного IoT с участием сетей 5G усилится. Ведь для массовых потребителей в большинстве случаев достаточна та скорость передачи данных, которую обеспечивают уже имеющиеся проводные и беспроводные технологии. С помощью 5G на данном этапе мы можем решить скорее бизнес-задачи: такие, как подключение большого количества устройств, в том числе IoT, в густонаселенных локациях, приоритизация доступа в сеть для критически важных сервисов – например, удаленной медицинской помощи или беспилотного транспорта.

Единая биометрическая система, оператором которой является «Ростелеком», развивается не так активно, как ожидалось. Как снизить степень недоверия к ней?

– На самом деле биометрические данные граждане уже оставляют достаточно активно – правда, эти данные собираются в основном не в ЕБС, а в собственных информационных системах банков. Для меня биометрическая технология в целом – важный компонент цифровой трансформации, современный способ взаимодействия граждан с государством и бизнесом, который позволит переместить многие элементы этого взаимодействия из физического мира в цифровой, сделать их проще и доступнее. Конечно, нам предстоит еще преодолеть этот этап недоверия, поскольку социальный аспект, привычки граждан здесь проявляются очень сильно. Но, на мой взгляд, опасения в надежности этой технологии основываются только на ее сравнении с неким идеальным миром. Если же сравнить, например, точность и безопасность биометрии с числом мошеннических операций, совершенных с участием обычного «бумажного» паспорта, то станет очевидно, что биометрия гораздо безопаснее.

 

 

Существует ли специфика в появлении и развитии ИТ-трендов в России по сравнению, например, с США и Европой?

– Действительно, есть несколько аспектов, по которым Россия отличается от других стран. Во-первых, к сожалению, мы не являемся крупным контрибьютором Open Source сообщества. Это несмотря на то, что, как я уже говорил, цифровые продукты сейчас создаются в основном не по «коробочной» модели, а посредством Open Source фреймворков.

Во-вторых, на Западе большинство крупных компаний уже давно научились использовать преимущества публичных облаков, тогда как у нас таких примеров немного. Публичные облака у руководства многих отечественных компаний не вызывают достаточного доверия. Поэтому в России применяется виртуализация в основном только в инфраструктуре частных облаков.

Третье существенное отличие российских ИТ-реалий, на мой взгляд, позитивное: это огромная роль государства в процессах цифровой трансформации экономики. В этом смысле во многих областях ИТ мы обгоняем большинство мировых держав. Государство, реализуя программу «Цифрровая экономика», целенаправленно и методично занимается цифровизацией всех отраслей экономики и сфер деятельности, продвигает отечественные технологии, дорабатывает нормативную базу, развивает цифровое госуправление и госуслуги. На слуху, например, проект по созданию цифрового профиля, который изменит порядок предоставления доступа компаниям к персональным данным граждан. Бизнес-организации просто не могут оставаться в стороне от этих процессов, они тоже должны совершенствовать свои ИТ-системы, переносить взаимодействие с пользователями в цифровую среду. Вопрос только в том, насколько бизнес к этому готов – понимает ли, что происходит и будет происходить в ближайшей перспективе в конкретной индустрии? Рассказывая о трендах ИТ, происходящих на уровне государства, мы помогаем нашим клиентам и партнерам ориентироваться в актуальной повестке и планировать изменения заранее.

Рубрики: Фиксированная связь, Мобильная связь, Интернет, Интеграция, Безопасность, Инновации

Ключевые слова: 5G, Ростелеком, информационная безопасность, облачные технологии, Интернет вещей, биометрические системы