KPMG: более $26 млрд потратят европейцы на частоты LTE

В период с 2011 по 2015 гг. европейские регуляторы заработают более $26 млрд на частотных аукционах LTE – к такому выводу пришли аналитики KPMG. За неполные пять лет в Европе будет высвобождено больше частот, чем за предыдущее десятилетие, при этом 2/3 всех расходов операторов придется на низкий диапазон «цифрового дивиденда» 700-800 МГц, жизненно необходимый для создания масштабных сетей LTE. Несмотря на внушительную цифру, европейские регуляторы все же извлекли выводы из печального урока начала 2000-х гг., когда за частоты 3G сотовые операторы Европы были вынуждены заплатить более $100 млрд, что поставило их на колени без возможностей вкладываться в развитие новых сетей долгие годы. Россия же с символической стоимостью $100 тыс. за лицензии 3G для операторов «большой тройки», даже с учетом затрат на конверсию частот LTE в диапазонах 800 и 2600 МГц победителями будущих частотных аукционов 2012 года, продолжает смотреться просто райским уголком для сотовых операторов.

«Сегодня европейские операторы готовы тратить существенные средства на приобретение частот. Тем не менее ситуация с большим количеством частот, которые еще предстоит распределить, будет иметь последствия в виде неопределенности в течение последующих месяцев. При этом многие правительства будут рассматривать частотные аукционы как простой и эффективный путь пополнения государственного бюджета. Мобильные операторы должны понимать государственный механизм определения стоимости частот, так как аукционы будут иметь самое критическое значение на итоговую цену, которую они должны будут заплатить», – рассказал директор департамента экономики и регулирования KPMG Бенуа Рейле (Benoit Reillier). 

В соответствии с данными KPMG (Radio Spectrum Monitor) средняя стоимость 1 МГц на душу населения между 1999 и 2000 гг. в Западной Европе составила $1,16, а в Северной Америке – $1,2. В то же время аналогичный показатель для Юго-Восточной Азии составил $0,45, Центральной и Восточной Европы – $0,3, Латинской Америки – €0,16. При этом самая высокая стоимость радиочастотного спектра была в странах Ближнего Востока и Африки с показателем $1,63, что объясняется слабым проникновением фиксированного ШПД.

Между тем прогнозы не всегда сбываются с абсолютной точностью. Так, предварительные оценки затрат операторов для частотного аукциона в Германии, завершившегося в мае 2010 года, оказались завышенным практически в два раза, – местный регулятор заработал здесь $5,5 млрд вместо предполагаемых аналитиками KPMG $10 млрд. Значительно снизить цены помогли ограниченные финансовые возможности операторов, а также память о масштабных переплатах за частоты 3G десять лет назад. Напомним, что тогда европейские сотовые операторы заплатили около $130 млрд за частоты 3G – рынок был просто «перегрет» очень высокими ожиданиями возможностей и перспектив нового поколения сетей. Но сотовые операторы ими воспользоваться так и не смогли – многолетняя выплата взятых на себя долговых обязательств привела к отсутствию масштабных вложений в развитие европейских сетей 3G на первом этапе их становления. Малое время работы первых 3G-устройств, высокое проникновение фиксированного ШПД и отсутствие опыта в продаже больших объемов трафика и соответствующих бизнес-моделей также не способствовало популярности таких сетей у прагматичных европейцев. Только в 2008 году этот рынок стал немного оживать, абоненты почувствовали преимущества новых сетей, только потом начался бум 3G-модемов и лавинообразный рост мобильного трафика. В результате лишь к рубежу 2010-2011 гг. европейские операторы стали понимать, что существует небольшой шанс положительного бизнес-кейса в сетях 3G с учетом колоссальных начальных затрат на получение лицензий.

LTE Subscribers Sept 2011. Source: Informa Telecoms & Media

LTE Subscribers Sept 2011. Source: Informa Telecoms & Media

Напомним, что не в пример Европе российский регулятор, несмотря на все упреки в его адрес, поступил много мудрее, введя символическую плату за лицензии 3G ($100 тыс.) с четкими оговоренными в лицензии условиями по времени и числу покрытых населенных пунктов новыми сетями каждым оператором (см. материал рубрики «Сотовая связь» от 30 июня 2008 г.). К слову, также поступили и в Швеции, в результате чего хорошо развитые сегодня сети 3G конкурируют с первыми коммерческими сетями LTE за абонентов как по покрытию, так и по скоростям доступа. Если вновь обратиться к России, то, оттянув время запуска сетей 3G в России на 5-6 лет, Минкомсвязи тем самым обеспечила операторам еще одно преимущество перед их европейскими коллегами – значительно более низкую стоимость сетевого оборудования в условиях изобилия уже совершенных к этому времени и сравнительно дешевых абонентских терминалов 3G. Окупаемость этих сетей в России также стоит под вопросом ввиду общей бедности нашего населения (не можем мы выдавать ARPU в $30-40, как это делает среднестатистический американец, – у нас это максимум $10), тем не менее за счет огромных объемов трафика, агрессивного маркетинга и массового использования сетей 3G российские сотовые операторы все же научились в них зарабатывать, в особенности «МегаФон» (см. материал раздела «Аналитика» от 27 июня 2011 г.).

Похоже, что такой же неторопливой политики российский регулятор придерживается и в отношении выдачи частот для сетей нового поколения по технологии LTE. Конечно, рынок возмутило, что маленькие окологосударственные структуры («Скартел» (бренд Yota») и дочерняя структура Министерства обороны РФ – компания «Основа телеком») получили частоты LTE совершенно безвозмездно, а «большая тройка» будет вынуждена оплатить конверсию выигранных частот в диапазонах 800 и 2600 МГц после частотных аукционов 2012 года (см. новость раздела «Регулирование» от 12 сентября 2011 г.). Напомним, что на заседании ГКРЧ 8 сентября 2011 г. было принято решение о выделении частот в диапазонах 791-862 МГц и 2,5-2,7 ГГц для строительства федеральных сетей LTE четырьмя российскими операторами. Каждому победителю (наиболее вероятные – «Ростелеком» и сотовые операторы «большой тройки») аукциона достанется полоса частот шириной в 35 МГц (парные частоты FDD): 2х7,5 МГц в нижнем диапазоне и 2х10 МГц в верхнем. После проведения конкурсов их победители должны будут провести конверсию полученных частот, обеспечив вывод в другие диапазоны функционирующих в настоящее время здесь радиосистем различного назначения, в том числе Министерства обороны РФ. Стоит отметить, что конверсия частот в диапазоне 800 МГц оценивалась некоторыми специалистами в 56 млрд рублей (или $1,8 млрд на всех игроков вместе взятых), что при кажущейся грандиозности все же значительно меньше европейских затрат.

Global Market Shares 3Q 2011. Source: Informa Telecoms & Media

Global Market Shares 3Q 2011. Source: Informa Telecoms & Media

Чтобы сопоставить цифры, снова обратимся к опыту Германии, где по итогам аукциона на частоты LTE, завершившегося в мае 2010 года, местный регулятор заработал $5,5 млрд, из которых $1,9 млрд заплатил Vodafone, $1,84 млрд – O2 Germany (Telefonica), $1,73 млрд – T-Mobile и $0,38 млрд – E-Plus. Напомним, что речь здесь идет об одном операторе, а уровень затрат сопоставим с общероссийскими затратами на конверсию частот диапазона 800 МГц всех игроков рынка. При этом в низком диапазоне 800 МГц трем операторам в Германии досталось лишь по 5 МГц (2х5, FDD) – их российским коллегам в 1,5 раза больше (2х7,5 МГц), что самым серьезным образом повлияет на скорость доступа. Другое дело, что для покрытия сельских территорий в Германии хватит и 10 МГц. Стоит также отметить, что в некоторых европейских странах ключевые для LTE частоты в диапазонах 2,6 ГГц (высокая емкость для мегаполисов) и 800 МГц (масштабное покрытие сельских районов) выставляются регулятором на конкурсы в различное время, что не дает сотовым операторам возможности одновременно приобрести частоты в разных диапазонах и спланировать сеть для лучшего и более целесообразного покрытия. Тем не менее Германия стала обратным примером, демонстрируя прагматизм и логику местного регулятора. Такой же прагматизм демонстрирует и Минкомсвязи РФ.

Но Европа все же очень сильно отстает по развертыванию коммерческих сетей LTE, а особенно по набору абонентов. Что связано как с меньшими потребностями среднестатистического европейца, хорошо развитыми сетями 3G, так и с долговым кризисом всей еврозоны. Кроме того, не способствует притоку абонентов и малое число абонентских устройств LTE для европейского диапазона (800, 1800, 2600 МГц), и их несовершенство (большие размеры, отсутствие наиболее привычного в Европе формата – LTE-«трубок», быстрая разрядка аккумулятора, – словом, все те же «детские» проблемы, что и с первыми 3G-устройствами). Не помогает даже модель network sharing и участие в LTE дискаунтеров (об опыте Tele2 в строительстве коммерческой сети LTE в Швеции см. материал рубрики «Сотовая связь» от 8 октября 2010 г.).

US-Canada Quarterly 3Q 2011. Source: Informa Telecoms & Media

US-Canada Quarterly 3Q 2011. Source: Informa Telecoms & Media

В результате, по данным последнего отчета Informa Telecoms & Media, сегодня на Европу приходится лишь 3 % всех мировых абонентов LTE или около 110 тыс. человек, – подавляющее их число сосредоточено в США и Канаде (87 % или 3,3 млн человек). Причем только за III квартала 2011 года пять операторов США (AT&T, MetroPCS, Verizon Wireless) и Канады (Bell Wireless Affiliates, Rogers Wireless) подключили 1,5 млн новых абонентов LTE. Напомним, что на сегодня развернуто 38 коммерческих сетей LTE в 24 странах мира, на которые без учета американской пятерки приходится около 500 тыс. абонентов. По данным Informa Telecoms & Media, они распределились между регионами следующим образом: 392 тыс. абонентов LTE в Юго-Восточной Азии, 103 тыс. абонентов в Западной Европе и 7 тыс. абонентов в Восточной Европе.

Рубрики: Мобильная связь, Интернет, Маркетинг, Оборудование, Регулирование, Финансы

Ключевые слова: ВымпелКом, МТС, UMTS, 3G, МегаФон, Tele2, сотовая связь, 3G-модем, USB-модем, LTE, Verizon, CDMA, смартфоны, коммуникаторы, международная сотовая связь, AC&M Consulting, AT&T